Мария Максакова рассказала об отношениях с матерью: «Между спазмом и слезой»

0 156

К юбилею актрисы Людмилы Максаковой мятежная дочь записала песню и рассказала о «новой концепции» в непростой схеме дочки-матери

Знаменитая актриса Людмила Максакова отмечает на этой неделе 80-летний юбилей. Десятки блистательных ролей в театре, кино, на телевидении за долгие годы насыщенной и яркой творческой карьеры. Толпы обожателей и миллионы поклонников. Секс-символ в стране, в которой не было секса. Образ Розалинды Айзенштайн в «Летучей мыши» 1979 года свел с ума всех советских и мужчин и женщин, воплотив для них на года эталон неземной красоты, подлинного изыска и аристократизма.

К юбилею актрисы Людмилы Максаковой мятежная дочь записала песню и рассказала о «новой концепции» в непростой схеме дочки-матери
МАРИЯ И ЛЮДМИЛА МАКСАКОВА В 2000 ГОДУФОТО: АЛЕКСАНДР КОРНЮЩЕНКО

Не меньшим достижением, чем незабываемые роли, г-жа Максакова может записать в реестр жизненных свершений и знатную дочь — оперную звезду Марию Максакову. Родители не обделили отпрыска генетикой и харизмой. Судьба Марии Петровны, как прекрасно знают читатели «МК», совершила в последние годы загогулину круче любой американской горки. Живущая ныне в эмиграции бывшая прима Мариинки и экс-депутат Госдумы РФ рассказала «МК», как после долгих лет холодной войны со знаменитой мамой отношения, наконец, восстанавливаются. Хотя и непросто. К тому же на юбилей любимой родительницы Мария сочинила и записала трогательную лирическую песню «Мама», которую поклонники уже успели оценить в Интернете. Но главная интрига теперь — оценит ли благородный порыв дочери, с которой все так непросто, сама юбилярша?

— Маша, твоя песня «Мама» — замечательный, конечно, подарок маме на юбилей, проникновенная вещь, хотя можно предположить, что злопыхатели наверняка съязвят, что ты ее записывала, чуть ли не давясь. Все знают о ваших сложных отношениях, вы долгое время не общались. В последнее время, к счастью, наблюдается некоторая разрядка «международной напряженности» в ваших отношениях, не так ли?

— Общаемся мы не регулярно, скажем так. Это смешанные, а порой противоречивые чувства, потому что наши отношения с мамой были разные. Был период, когда мы были очень дружны, когда я чувствовала и понимала, что она меня любит. Она вкладывала в мое воспитание очень многое. Я была подростком, играющим на рояле и говорящим на трех иностранных языках, и видела, что на определенном этапе взросления становлюсь интересной своей маме даже как собеседник. Меня уже можно было кому-то где-то показывать. Она потратила много душевных сил, чтобы меня так фундаментально образовать во всех сферах, где она эрудит, а в чем-то и просто глыба. Я ей безумно благодарна за эти годы. Когда я думаю о ней, то стараюсь вспоминать именно тот период. В психологическом аспекте это правильно. Именно такой ее образ я стараюсь вспоминать как можно чаще, а не тяжелые моменты, которые были уже потом.

— Это же хорошо, поскольку многие отпрыски знаменитых родителей именно в детстве обделены заботой и вниманием, такова цена родительского успеха…

— Я себе часто так и говорю: у меня была любящая мама. Даже убеждаю. Почему? Потому что она была разная — в том числе любящая, нежная, отзывчивая, чуткая, добрая. У нас какая-то арочная конструкция вышла в жизни — в начале было тяжело и плохо, потому что она меня вроде как для папы родила — дескать, он настаивал, и это все чувствовалось. Но мы действительно сбилизились — в моем отрочестве, юности.

ЛЮДМИЛА МАКСАКОВАФОТО: НАТАЛЬЯ МУЩИНКИНА

— Когда же пробежала черная кошка между вами? Да так, что вы чуть ли не знать друг друга не знали столько времени…

— Вот эти два ухода — ее мужа, моего отца (Петера Андреаса Игенбергса. — Прим. ред.), и моего мужа (Дениса Вороненкова, убитого в Киеве в 2017 году. — Прим. ред.) пролегли определенной демаркационной линией, скажем так, в наших отношениях и через мои воспоминания о ней о многих прожитых и даже счастливых годах. Но в любом случае я ее знаю уже 43 года, считаю что это большой отрезок времени, и понимаю что все эти годы трудно быть идеальной. Однако ничто не отменяет того, что она великая, она умная, она талантливая, она разная. Она состоявшаяся в своей профессии, мэтр. Поэтому, я думаю, мне есть чем гордиться, в том числе отменной генетикой — и по маминой, и по папиной линии. И поздравить я ее могу с тем, что большая часть целей, которые она перед собой поставила, скорее всего, достигнута.

— Действительно, она не только блестящая актриса, но и записная красавица, одна из самых рафинированных, сексуальных и совершенно «несоветских» в советские времена…

— Конечно, она могла бы достичь большего и это было бы оправдано и соразмерно ее таланту, но многое из того, что она хотела и могла бы, не удалось.

— Почему? Жестокая советская действительность? Цензура, завистники, отторжение «рабоче-крестьянским» укладом СССР врожденной фирменности?

— Наверное, каждый из этих факторов сыграл свою роль, но в знаменателе, думаю, что виноват только ее характер. Больше ничего. Учитывая, что она прекрасный музыкант, закончила центральную музыкальную школу по классу виолончели, поет, играет на рояле, у нее чудесный слух. Она бы могла участвовать в разных постановках, мюзиклах, могла бы сделать параллельно с театром и кино какую-то эстрадную карьеру. Это прекрасно получалось у Людмилы Гурченко, у Ирины Мирошниченко. Мама могла бы вполне сделать то же самое.

МАРИЯ МАКСАКОВАФОТО: АРТУР ГАСПАРЯН

— Ну вот, вы только начали мириться, и ты с порога нашего интервью под орех разделываешь любимую маман…

— Ну, какое «под орех»?! Это — нормальное переживание за близкого человека. Я же не говорю, что она бесталанна или в чем-то виновата. Наоборот, многое, может, было бы иначе, если бы она в этом смысле меньше прислушивалась к разным людям, которые из нее делали этакую статую ледяную, а она в принципе ею не была никогда. Она бы со своим темпераментом могла покорить не только Советский Союз или страны бывшего СНГ, но и как-то выйти в мир. Вот о чем я.

— Как Плисецкая, Образцова или даже Нуриев?

— Это истории совершенно разных успехов, обстоятельств и карьер, но я говорю именно об этом — выходе в мир, широком успехе. Абсолютно уверена, что у мамы были для этого все предпосылки и даже условия.

— Стало быть, яблоня от яблони… В прошлом интервью «МК» ты как-раз сокрушалась, что сама долгое время была заложницей чужих советов, а теперь образумилась…

— Да, это похоже. Дело все в том, что сначала ты прислушиваешься к маме, потом появляются друзья мамы. Они авторитеты, сформировавшиеся люди, убедительные, влиятельные. Маме, правда, было проще, потому что в этом смысле у нее был один якорь — ее мама, моя бабушка. У меня же их изначально было два. Два чемодана — мама и бабушка, знаменитая певица, народная артистка СССР, прима Большого театра Мария Максакова, которые надо было за собой тащить и каждому соответствовать. Однако прислушиваться, и часто не критически, к советам со стороны у нас, наверное, общая черта. Мама сильно прислушивалась к разным людям, к друзьям — настоящим и в кавычках. Ей тогда казалось, что она сама не может создать свой художественный, модный, современный образ, часто прибегала к педагогам в драматических ролях. Были и удачи безусловно. Например, Роза Абрамовна Сирота, которая делала с ней часть театральных ролей, начиная с Анны Карениной. Они занимались, разбирали образы, методики и т.д. И маме казалось, что без такого рода советов и помощи будет сложно. Есть актрисы которые действительно не в состоянии над ролью работать самостоятельно. Но мама безусловно была в состоянии работать над любой ролью сама, и в итоге пришла к такому выводу, но, мне кажется, позже, чем надо было бы.

— Представляю, насколько интересны и насыщенны могли быть семейные советы, вернись ваши отношения в нормальное русло…

— Тем более что на мой день рождения в июле мама мне позвонила и сказала, что концепция изменилась. Концепия наших отношений, в смысле. Напомнила, что я росла в семье, где меня все обожали, только обо мне и думали, пылинки с меня сдували и что опять надо жить с этой мыслью и восстанавливать отношения. Так что концепцию холодной войны меняем. На что я сказала, что давно уже и сама так думаю. В наших отношениях незримо все-таки присутствует отец. Он большую часть времени тратил на то, чтобы нас с ней мирить периодически, для него это было важно. Теперь его нет, но я исхожу из того, что хотя бы в память о нем надо хоть как-то находить общий язык. В принципе я не знаю, что над ней довлеет… Сложно сказать. Было бы логичным поступком с ее стороны взять моих старших детей (которые живут в Москве с их отцом Владимиром Тюриным. — Прим. ред.) и приехать ко мне в Киев, навестить. Ведь с тех пор, как не стало Дениса и все это случилось, я осталась одна. Есть вещи из категории «как бы поступила я»…

МАРИЯ МАКСАКОВАФОТО: АРТУР ГАСПАРЯН

— Именно твой отъезд в Киев с Денисом в 2016 году, как я понимаю, оказался Рубиконом в ваших с мамой отношениях? Эта «новая концепция», которая теперь продекларирована, подразумевает, что она может навестить тебя в Киеве, например?

— Не знаю. Очевидно, мама побаивается до сих пор отца моих старших детей, Ильи и Людмилы, которые живут с ним в Москве. Он имеет на маму определенное влияние, она к нему прислушивается. Сама не может относительно него прийти к какому-то выводу… Судя по всему, концепция насчет него тоже меняется изо дня в день. Поэтому такая неопределенность чувствуется.

— А Дениса (Вороненкова) в качестве твоего мужа Людмила Васильевна не приняла сразу, или роковым в этом смысле стала все-таки ваша эмиграция в Украину?

— Она опасалась недовольства моего первого мужа. Версия, которая была выдвинута украинским следствием (относительно якобы причастности Тюрина к убийству Вороненкова, что было позже частично дезавуировано. — Прим. ред.) пугала ее еще больше. Поэтому все ее поведение было продиктовано этим страхом. Хочу, чтобы ты правильно понял — я ее абсолютно не виню, не осуждаю. Считаю, что человек в ее возрасте, переживший столько всяких драм в жизни, имеет право на такое «осторожное» поведение, если она серьезно опасается, а судя по всему так и происходит. Я могу понять природу ее страхов и осуждать не имею право. Не все мыслят так, как я, и я не могу требовать от всех такого же мышления.

— А в чем подоплека этого ее опасения? Твой первый муж ей угрожает, если она будет поддерживать с тобой отношения?



Yorumun nedir ?

Send this to a friend
Araç çubuğuna atla